
Бывает так, что ребёнок хорошо учится в школе, потом в вузе, а потом учёба заканчивается и ребёнок теряется в мире. Наш блогер, учительница информатики Патимат Юсупова, переживала именно такую ситуацию, поэтому вернулась в школу, но теперь уже преподавать.
У каждого в детстве была мечта о будущей профессии. Сказать, что быть педагогом была моя мечта, будет неправильно, но сейчас я могу сказать, что не смыслю своей жизни без этой работы и своих детей.
Я работаю в школе уже пять лет. Иногда говорят, что я работаю сутками, так как я информатик и необходимость в моей помощи бывает круглосуточна. Так было не всегда, был момент, когда я не понимала, кто я, где я, что со мной происходит. Это случилось еще до прихода на работу в школу. Когда мы разбирали ситуацию с психологом, тот сказал, что организм просто устал, происходит отторжение.
Я окончила школу с отличием, фактически без текущих четвёрок, в университете тоже училась хорошо. Мне всегда говорили, что я должна хорошо учиться, иначе зачем ходить в школу.
Школа закончилась, универ тоже. Учиться больше не нужно, что дальше? На этот вопрос мой организм не находил ответа, я впала в депрессию
Никто не понимал, да и я не просила понимания, так как привыкла, что с самого детства разговоров по душам у нас не было. Так прошёл год, другой, понемногу занималась репетиторством — сесть на шею родителям было не для меня. В один из дней мне позвонили из школы и попросили прийти, директор школы предложила мне должность информатика: «Часов мало, но если справишься, я дам больше. Тебя никто не будет обижать».
Мне понравился разговор с директором, то, как она поняла меня, моё сомнение. Через полгода у меня уже было 27 часов, она также сказала, что через год мне стоит взять себе классное руководство. Я кивнула в ответ, но не особо была этому рада.
За полгода я починила все компьютеры в кабинете и разговаривала больше с детьми, нежели с коллегами. Всё свободное время и все перемены дети проводили в моём кабинете, мы разбирали и собирали компьютеры. Я стала понимать детей, и директор всячески поддерживала любую мою идею, связанную с доступом детей к технике.
Через год мне дали класс, и тут было самое интересное. Первый год был испытанием. Надо быть и мамой, и другом, и всегда стараться сохранять мир между абсолютно разными детьми.
Я стараюсь научить их не бояться говорить со мной, не бояться говорить вслух о своих проблемах. Стараюсь всегда их понять. Мои дети всегда знают, что найдут во мне поддержку и заботу. На любом уроке ребёнок должен получать удовольствие, а значит ему должно быть комфортно.
Стараюсь, если вижу, что отличники устают, говорить с их родителями, объяснять, что ребёнок теряет интерес и надо ослабить тиски контроля
Прошло уже пять лет, я ни одного дня не пожалела, что согласилась прийти в школу, мои дети меня спасли от саморазрушения, я снова стала чувствовать, что нужна, и даже если у меня не хватает где-то сил, мои дети тут же замечают это, подходят, обнимают и говорят, что у меня всё получится. Ради этих моментов стоит жить!
Вы находитесь в разделе «Блоги». Мнение автора может не совпадать с позицией редакции.
Фото: Shutterstock (ESB Professional)
Популярные комментарии
АндрейАбсолютно согласен! Надо ещё и математику убрать, а то учат детей думать и раскладывать по полочкам! И читать и грамотно общаться сейчас не в моде. Есть же нейросеть! И комментарии поможет написать! Отправлять в школу только на физкультуру, труды и ОБЗиР. А все остальные предметы платно и по желанию! Хотя и эти три предмета требуют особой подготовки, поэтому их надо тоже по желанию, а лучше вообще платно!
«Врачей жалко. А вас, тварей, нет». Честный монолог учительницы о том, что стоит за особым статусом педагогов
Виктория Ильина«Короткий ответ: никак» — пожалуй, самая спорная рекомендация статьи. Да, признание родителей не изменит прошлого, а разговор не гарантирует извинений. Но это не значит, что о пережитом нужно молчать. Между «устроить суд истории» и «закрыть тему» есть третья возможность: спокойно рассказать, что помнишь, что чувствовал и как это на тебя повлияло. Не ради мести или покаяния, а чтобы назвать пережитое своими словами и обозначить границы. Родители могут искренне не помнить — но статья лишь предполагает это, не зная обстоятельств конкретной семьи. Избирательность памяти сама по себе не доказывает ни забывчивости, ни правоты одной из сторон. Почему же защитная версия взрослых считается вероятной, а желание выросшего ребёнка высказаться объявляется попыткой «переписать детство»? Забыть старые обиды по приказу невозможно. Молчание не означает, что проблема решена. Исследования также показывают: пережитое в детстве насилие связано с повышенным риском повторения жестокого или пренебрежительного обращения со своими детьми. Поэтому очень важно не «оставить родителей в покое», а осмыслить свой опыт и не передать его дальше. Разумеется, разговор стоит подготовить и вести без оскорблений. А вот объявлять молчание универсальным способом исцеления — безответственно, важно не просто прекратить разговоры о прошлом, а именно разобраться, как не воспроизвести пережитую несправедливость уже в отношениях со своими детьми.
Родители били меня в детстве, а теперь говорят, что ничего не было. Почему они так делают?
Юрий НикольскийПолвека сохраняю вес. Утром встаю на весы. Если вес выше той отметки, что установил полвека тому назад, то в этот день пищи на четверть меньше предыдущего дня. Ем по 6 раз в день, йогурт за час до сна. Не редко толстеют в годы, когда перестают расти — здесь уменьшаются затраты, а привычка есть столько же сохраняется. Второй период после окончания учёбы — начинается спокойная жизнь. Третий период — организм стареет, то новые клетки образуются всё реже. Сейчас потребляю пищи в 3 раза меньше чем полвека тому назад. Для женщин ещё есть периоды, связанные с беременностью.
Дело не в гормонах: 10 ошибок, из-за которых вы не можете похудеть




