«Да пошла ты!» Как учителям реагировать на хамство подростков

Дети бывают разные: с кем-то учителя быстро и без проблем находят общий язык, кому-то надо уделить больше времени. Но бывает и так, что в рамках уроках и обычными методами общаться с ребенком не получается. Об одном из подобных случаев рассказала наш блогер, педагог Майя Тараховская.

Эта история произошла лет пять назад. В мой восьмой класс пришел парень из другой школы. Я преподавала у них математику. Мальчик сразу решил показать, кто тут главный. Он не приносил тетрадь, выданный учебник сразу же потерял, на уроке отказывался меня слушать и постоянно вертелся, дома не делал ничего. Я и уговаривала, и просила — без толку. Где-то через месяц безуспешных попыток договориться я вышла из себя — накричала на него. Да, учителя срываются. Но есть два золотых правила, нарушать которые ни при каких обстоятельствах нельзя:

• Учитель не имеет права оскорблять ребенка. Любого ребенка, с любым поведением и что бы он ни говорил!
• При конфликтной ситуации никогда не затрагивать тему родителей. Это вызывает такую сильную агрессию у ребенка, какую не вызывают даже оскорбления («Твоя мать тебя плохо воспитала!» или «Интересно, в кого из родителей ты такой тупой?»). Фразы невыдуманные — мне о них сами дети рассказали.

Я встала перед школьником и стала громко выговаривать ему: «Это что за безобразие? Нельзя так относиться к моему предмету!» И что-то ещё в этом роде. Потом я достала лист бумаги и ручку, подошла к парню и грозно положила все это богатство перед ним со словами: «Начинай, наконец, работать!»

И тут я услышала то, что в последнее время часто стали слышать учителя в школах: «Пошла ты…»

Дальше был указан очень конкретный путь из трёх букв, куда я должна была пойти. Путь был указан громко, при всем классе. Я понимала, что мне, учителю, брошен вызов. Первое, что захотелось сделать — бежать из класса. Куда угодно, но бежать! «Ненавижу, — думала я — как он мог! Я женщина. В возрасте!» Но потом я заставила себя остановиться, взглянуть на детей. Что делать? Главное — не скандалить, успокоиться.

Я, как в замедленной съёмке, под прицелом целого класса глаз, подошла к столу, развернулась и совершенно спокойно сказала: «Ты оскорбил во мне не учителя. Ты сейчас обидел женщину. Мне больно, не скрою. Я очень тебя прошу выйти из класса, потому, что в твоем присутствии я не смогу продолжать вести урок». Он молча взял портфель и со словами «Да, пожалуйста!» вышел из кабинета.

А остальные дети смотрят. Неужели я после всего этого могла повернуться к ним и сказать: «А сейчас откройте тетради…»? Нет, так нельзя. Они ждут моего решения. Говорить нужно искренне, чтобы поняли и услышали: «Ребята! То, что сейчас произошло — ошибка. Моя и его. Я не сдержалась, а он сорвался. Простите нас обоих». После урока побежала к подруге. Она сразу сказала, что это крик парня о помощи, и мы должны ему чем-то помочь. Я знала, что оставлять без внимания этот инцидент нельзя ни в коем случае.

Мы пошли к директору, а потом я вызвала маму мальчика для беседы

На следующий день, в полдень, в кабинет директора зашли мама с сыном. А там в полном составе сидит моя семья: муж и взрослые сыновья. Мальчишка испугался — подумал, наверное, что бить будут. Директор пригласила их сесть и вкратце изложила суть проблемы. Дальше слово взял муж и в очень корректной форме предложил ребёнку объяснить, почему тот оскорбил прилюдно его жену и маму этих взрослых парней? Парень молчал — он не знал, что сказать.

Тогда муж обратился к испуганной маме: «Я понимаю, он поступил дурно. Но это скорее говорит о том, что у вас проблемы в семье. Скажите, чем мы можем вам помочь?» И бедная женщина, рыдая, рассказала: у мальчика появился отчим, он с ним не ладит, а недавно родился младший брат. И тут произошло чудо: пятнадцатилетний мальчишка, видя слезы матери, тоже стал плакать.

На следующий день он пришел в класс с учебником, тетрадкой, ручкой. Я с радостью его приняла. Пока он учился в нашей школе, у меня с ним проблем не было. Именно это я называю «обнулением» отношений.

Я уверена, что нельзя держать зло на ребенка, что бы он ни натворил. Но и оставлять без внимания такие вещи мы не имеем права. Простить любого ребенка проще простого, если мы зададим себе всего два вопроса: что я, как учитель, сделал не так и чем я могу помочь? Задав себе эти вопросы, попытаться безболезненно для всех решить конфликт.

Иллюстрация: mentalmind / shutterstock / fotodom