Как ещё можно изучать литературу: интервью с главным героем романа

Детям бывает сложно читать классику: в ней много всего непонятного. Но если подойти к изучению повести или романа креативно, то детям станет очень интересно и от книжки их будет не оторвать. Наш новый блогер, школьница Ирина Романова, предлагает переводить тексты классики в формат интервью.
К сожалению, немногие школьники сейчас читают всё, что им задают, или дочитывают произведения до конца. Особенно большие. В этом посте хочу показать один из увлекательных способов, который поможет познакомиться с героями романа Гончарова «Обломов», который зачастую называют скучным и утомительным.
Представляю вашему вниманию интервью с господином Обломовым, главным героем одноимённого романа Ивана Александровича Гончарова. Детально разобраться в жизни Ильи Ильича нам помогут его родные люди: Андрей Иванович Штольц и Захар Трофимыч Трофимов. Они любезно согласились рассказать нам о своём участии в судьбе героя.
Илья Ильич, расскажите о своём детстве.
Детство — самый счастливый период в моей жизни. Меня осыпали ласками и похвалами, страстными поцелуями и нежностями. Не знал я ни хлопот, ни забот: стоило мне только мигнуть — все слуги кидались исполнять мои капризы. Помню, как Захар натягивал на меня чулки, а я лёжа подставлял ему то одну, то другую ногу. Забота драгоценной моей матушки оберегала меня от любого рода действий и опасностей: гулял я под строгим наблюдением няньки, а выйти за ворота и вовсе не разрешали. Ворчливые слуги утаскивали меня на крыльцо, чтобы голову не напекло или к оврагу не побежал. И приходилось лишь созерцать мой рай, мою Обломовку. Иногда отойду на цыпочках от няни да осмотрю, кто и где спит. Послеобеденный сон, как и забота о пище, составлял главную жизненную ценность в нашем имении. Я наблюдал, как пекли исполинские пироги, как варились квасы и пиво. Обломовка привила мне неистовую любовь к еде, воспитала трепетное отношение к ней. Детство напоминает мне одну из тех сказок, что рассказывала нянька.
В имении было всё: и пиры, и слуги, и непробудный богатырский сон. Признаться, я не видел для себя лучшего образа жизни
Когда меня отдали в пансион к отцу Штольца, я оказался в чуждой моей душе атмосфере. Многотрудные учебные дни изнуряли меня, и родители приискивали предлоги, чтобы удержать своё дитя дома. Всё-таки здоровье важнее всего в жизни.
А как Штольц вошёл в вашу жизнь? Как получилось, что вы стали друг другу родными людьми? Ваши характеры такие разные…
Мы подружились в ещё в раннем детстве. Нас объединяли любопытство, желание познать мир. Однако Андрюшу, в отличие от меня, не ограничивали в стремлении учиться и работать. Он добросовестно выполнял все задания в пансионе. Его энергии и доброты хватало даже на то, чтобы делать за меня переводы, подсказывать на уроках. Тем самым Штольц ещё больше избаловал меня. Он будто бы ещё в детстве взял на себя обязанность заботиться обо мне. С годами я понимаю, что моя жизнь невозможна без Андрея. Штольц — живое воспоминание о том счастливейшем времени, когда мы были в Обломовке, в пансионе… Его опека кажется похожей на ту, которой окружали меня маменька и папенька. Мы будто дополняем друг друга. Беспрестанное движение и целеустремлённость Андрея не дают ребёнку, живущему во мне, забыть о действительности и погрузиться в мир грёз и мечтаний. А я стараюсь донести до Штольца мысль о том, что важны и чувства, и разум. Мы нужны друг другу.
Андрей Штольц привёл в вашу жизнь нового человека, Ольгу Ильинскую. Какой след она оставила в вашей душе?
Ольга… С ней связаны только самые теплые воспоминания. С появлением этой женщины моя душа воспрянула ото сна. Я открыл для себя красоту музыки, гармонию природы, радость новых познаний. Мой прежний образ жизни стал отвратным: халат опротивел, Захар глуп и невыносим; паутина, напитанная пылью, нестерпима. Благодаря Ольге я узнал, что такое любовь. В ней воплотились все черты того идеала, который искал. Но, к сожалению, эта женщина так и осталась для меня мечтой.
Вместе со способностью любить я обнаружил в себе нежелание измениться. Отношения с Ильинской требовали от меня кардинальных перемен и больших усилий
Я чувствовал, что Ольга восхищается будущим Обломовым, которого она стремится создать. Мы видели в друг друге не тех людей, которые есть на самом деле. Ильинской необходим одухотворенный, мыслящий, деятельный молодой человек, а мне — жена, которая будет любить все недостатки мужа и окружать его родительской заботой.
Вы имеете в виду Агафью Пшеницыну? Что дал вам брак с ней?
Да, я говорю именно о ней. Пусть я не испытывал к Агафье всепоглощающее чувство любви, зато обрёл семью, о которой мечтал и в которой я не стеснялся себя. Отношения с Пшеницыной напоминали мне о счастливых днях в родной Обломовке. Всё тот же домашний уют: пироги, кулебяка с требухой, безмерная ласка, отсутствие суеты и движения. Брак с Агафьей подарил мне спокойную, умиротворённую жизнь, к которой привык. Но главное, что удалось обрести в семье с Пшеницыной, — это осознание того, что меня могут полюбить таким, какой я есть. Мои чувства и качества, воспитанные в Обломовке, оказались значимыми для Агафьи.
Андрей Иванович, а что вы больше всего цените в друге?
Я знаю многих людей с высокими, достойными качествами. Никогда не встречал сердца чище, светлее и проще; многих любил я, но никого так прочно и горячо, как Обломова. Узнав раз, его разлюбить нельзя… «Голубиная душа» Ильи составляет его особую, внутреннюю красоту.
Захар Тимофеич, а что вы можете сказать о барине? Вы с ним всю жизнь были рядом…
Разные чувства испытывал к барину… Была и злость за его вечные капризы, и обида за постоянные упреки… Но никого я так сильно не любил, как Илью Ильича. Я воспитывал его с ранних лет и знаю, что это Человек с кристально чистой душой, добрым детским характером…
Спасибо нашим гостям за откровенную и увлекательную беседу. Надеюсь, что их истории затронут душу каждого из читателей.
Вы находитесь в разделе «Блоги». Мнение автора может не совпадать с позицией редакции.
Популярные комментарии
Евгения СамотохинаТо что отрицательные оценки нужны — я согласна, но здесь должен быть ряд факторов: 1) как по мне текущая система оценки (пятибалльная, а по факту четырехбальная) — не то чтобы объективная. Особенно чувствуется на объемных заданиях в старших классах, когда в тексте на 2 страницы допустил 2-3 ошибки и пооучаешь тройку. Как по мне система должна иметь разбивку хотя бы в 10 баллов. 2) Часто каждый учитель сам определяет как оценивать ученика. Если с точными науками и каким-нибудь диктантом ещё более-менее понятно, то с более творческими заданиями, пересказами вообще непонятно — у одного учителя ты получаешь 5 у другого за пересказ того же качества — 3.
«Двойка должна жить». Учитель — о том, почему плохие оценки нужны детям
АнастасияДа уж… Уважительное общение не включено в общеобразовательные стандарты и экзаменационные вопросы. Можно иметь аттестат и даже не один диплом, но при этом оставаться полнейшим хамом. Системный кризис.
«Короче, училка, варежку свою закрой». Топ-20 цитат из переписок родителей с учителями, от которых волосы встают дыбом
Виктория ИльинаА может, пора честно посмотреть на проблему не только глазами учителя? Учитель жалуется: слишком много часов, слишком много отчётности, слишком много требований сверху. И с этим трудно спорить. Но есть один неудобный вопрос: а не является ли сама школа частью проблемы, которую она годами создаёт? Попробуйте хотя бы на минуту посмотреть на ситуацию глазами ученика. Этот ребёнок, которого сегодня заставляют заучивать километры информации «для галочки», завтра станет взрослым человеком. Возможно, чиновником, руководителем, тем самым человеком, который будет писать новые стандарты, программы и инструкции для школ. Не удивительно ли, что система воспроизводит сама себя? Главная ошибка многих педагогов — не в любви к знаниям. Знания нужны. Ошибка в другом: в убеждении, что ребёнку обязательно нужно загрузить весь огромный школьный багаж, не задумываясь, что из этого действительно пригодится именно ему. И когда обществу годами пытаются доказать ценность каждого килограмма ненужной информации, неудивительно, что эта работа перестаёт восприниматься как источник реальной пользы. Может быть, выход проще? Не превращать каждый предмет в борьбу за выживание. Не ломать детей и не выгорать самим. Если ребёнку ваш предмет объективно мешает сосредоточиться на тех знаниях, которые нужны ему для будущего, — поставьте законную тройку и дайте ему возможность развиваться дальше. Иногда настоящая педагогика — это не заставить выучить всё. А понять, что именно действительно стоит учить.
«Мы согласились со своим бесправием». Учительница – о том, почему ее коллеги терпят унижения





