«Рожать не хочу, ребенка хочу»: история многодетной мамы, которая решилась на усыновление

Екатерина с детства мечтала стать многодетной мамой. И не просто многодетной, а приемной. Но исполнить мечту удалось далеко не сразу — за приемного сына Ваню им с мужем пришлось бороться несколько месяцев. Свою историю Екатерина рассказала в блоге БФ «Измени одну жизнь».

«У вас своя квартира? Нет? Тогда ребенка нельзя забрать»

У нас большая семья: мама, папа, два сына, дочь, два кота и даже крыска. У мужа Сергея еще четыре взрослые дочери — с нами они не живут, но детей он, конечно, поддерживает, регулярно с ними общается.

Я сама еще в детстве всем говорила, что хочу четырех детей: двух кровных и двух — из детского дома. Я выросла, трижды была замужем. И продолжала каждый раз говорить: хочу взять ребенка из детского дома. Ко мне никто не прислушивался. И только Сергей спустя два года уговоров сдался. Тем более Никита, наш старший сын, просил братика.

Тогда я зашла в базу ФБД (федеральный банк данных о детях-сиротах. — Прим. ред.), увидела двух мальчишек. У меня сразу «снесло крышу». Показала ребят мужу и старшим детям: они им тоже понравились! Позвонила в опеку, но там мне мягко намекнули: без жилья в собственности детей нам никто не отдаст. А мы в то время жили в арендованной квартире. Я поверила, и от идеи взять ребенка мы временно отказались.

Мужу предложили работу в другом городе, мы переехали, я начала работать директором, стала увереннее в себе. Квартира всё еще была съемная — просторная и уютная. Я подумала: может, попробовать еще раз? К тому времени я уже знала, что усыновить ребенка мы можем даже без собственного жилья (под опеку взять — не можем, а вот усыновление допускается).

«Он нормальный, ему надо домой!»

В феврале позвонила в опеку. Там строгим тоном сообщили: «Собирайте документы и приходите на встречу». Мы с мужем отпросились с работы и поехали. Сотрудница опеки спросила, почему мы хотим взять ребенка. Я сдуру ответила: «Рожать не хочу, а ребенка хочу». У нашей собеседницы округлились глаза, но, когда мы сообщили, что двое детей у нас уже есть, она успокоилась. В апреле нас записали в школу приемных родителей. И в апреле же родился Ваня — наш будущий сын.

Муж прошел всего три занятия в школе приемных родителей. Оказалось, что один супруг может усыновить ребенка при согласии второго — тогда второму не надо будет ходить на занятия и встречи. Муж был занят на работе и со старшими детьми, а я по вечерам ему рассказывала, о чем узнала на уроках в школе приемных родителей, всю домашку мы делали вместе. В июне 2022-го я получила заветное свидетельство из ШПР. За неделю собрала весь пакет документов и подала их в опеку.

Всё это время я мониторила базу с детьми. Но мужу никто не нравился. В итоге я не выдержала, отдала ему телефон и сказала: «Ищи сам!» Через какое-то время Сережа показал мне фото мальчика. А на этом фото — наш старший сын. Такие же ушки, пеленки. Просто точь-в-точь! Нас будто молния пронзила: как фото нашего ребенка могло там оказаться? Настолько наш кровный сын был похож на мальчика из детского дома!

Но был нюанс: у Вани, мальчика на снимке, была 5-я группа здоровья (к данной категории относятся дети с серьезными хроническими болезнями в состоянии декомпенсации. Это дети-инвалиды с тяжелыми проблемами в развитии либо сниженными функциональными возможностями. — Прим. ред.). И это всех пугало: мужа, наших родственников, сотрудников опеки. Таких ребят, как мы узнали, отдают в семьи неохотно: им нужен специализированный уход, многие приемные семьи не справляются с нагрузкой и возвращают ребенка обратно в детский дом.

Но меня уже было не остановить. Первый пакет документов я отозвала — по ним мы могли забрать ребенка только 1–3-й группы здоровья. Потом записалась на повышение квалификации на курс «Педагогическое образование по работе с детьми с ОВЗ». А еще — нашла видео с Ваней на сайте фонда «Измени одну жизнь». Это видео стало для нас «спасательным кругом». Везде, во всех инстанциях, я показывала этот ролик и говорила: «Он нормальный, ему надо домой!»

Мне поверили. Я вышла из опеки в конце августа, было холодно и шел дождь, но в руке я держала заветное заключение. Сразу позвонила в опеку. Трубку никто не взял. Позвонила второй раз — ответили, сразу спросили: «Заключение на 5-ю группу здоровья есть?» А потом: «Ребенок свободен. Ждем вас завтра».

Я вылетела за сыном с полным пониманием: «Это наш ребенок. И я никому его не отдам»

Мы встретились. Он был такой маленький — весил всего 9 кг при росте 70 см. На следующий день я принесла ему игрушки и одежду. Ваня посмотрел на них, кинул на пол и бросился ко мне на руки.

22 сентября мы с сыном отправились домой. Помогали нам многие, даже мэр Новокузнецка. Были, увы, и неприятные моменты — в детдоме, например, говорили: «Главное — потом не пожалеть!»

«Адаптация прошла легко»

Ваня в нашей семье живет уже год. Сейчас ему три. Адаптация и у нас, и у сына прошла легко: он сразу начал называть нас «мама» и «папа», обниматься был готов уже на второй неделе.

За этот год он совершил огромный скачок в развитии: когда мы его забирали, в медкарте психологический возраст был 10 месяцев. Сейчас — 3 года. Ваня сейчас говорит целыми предложениями, знает цвета и названия животных. А еще он наконец вырос — весит 13 кг при росте 90 см, мы теперь покупаем одежду в соответствии с его возрастом.

Если бы Ваня остался в доме ребенка, в будущем его бы перевели в интернат для детей-инвалидов. Мы даже представить боимся, что было бы, если бы мы тогда не встретились, сдались, передумали, послушали всех, кто крутил пальцем у виска и отговаривал нас от идеи взять ребенка из детского дома.

Будущим приемным родителям я желаю не сдаваться и слушать свое сердце. К усыновлению нельзя подходить со спортивным интересом: справлюсь или нет? На кону ведь жизнь человека. Но если вы начали думать: «Может, усыновить ребенка?» — значит, скорее всего, где-то одно маленькое сердечко уже ждет именно вас!

Фото: личный архив героини материала