«Врачильный помощник, иглу!». Что бывает, когда дети играют в докторов и лечат папу

Мне срочно надо было поработать, а детям позарез охота поиграть в больницу. Папа согласился побыть больным. Наивный больной, он думал, что придётся просто лежать на диване, вытерпеть тройку уколов, возможно, отдать пару пальцев для бинтований, в крайнем случае сделают компресс, а потом наконец-то дадут послушать новости… Ну-ну…. А мы-то знаем…
Сначала больной пережил скачки двух врачей на своём пузе. Потом больному проверяли зрение:
— Врачильный помощник, иглу!
Папа вздрогнул. Потом больному измерили температуру:
— Боже мой! Вы скоро умрёте, у вас сорок! Двести сорок!
Врачи бегали и орали в поисках «аморфия». Папа шумно сглатывал. Потом больному дали «Антинервин», чтобы он не нервничал, «Антитрясин», чтобы его не трясло от ужаса, и «витамины для ума».
— Выпей и больше не теряй мозги! — по-деловому велел младший врач.
Папа без воды проглотил что-то жёлтое, надеясь, что это была аскорбинка.
— Хорошо, — сказал доктор постарше, — теперь лежи спокойно, чтобы голова не раскололась.
— Может, ему разряд? — предложил младший.
— Ну… можно, пожалуй, — почти уже согласился старший доктор, но папа взмолился его разрядом не лечить, он ещё в сознании.
— Точно! Надо разобраться с сознанием! — обрадовались доктора. Папа понял, что ни одна новостная программа не сообщит ему большего кошмара, чем домашние лекари.
— Больной, сидите ровно, что вы падаете?
— Он же больной, дай ему молотком по коленке!
— Дети, не надо мне по коленке! — проскулил папа.
— Больной, не мешайте, а то мы вас залечим, пока лечим!
«Покалечим…» послышалось папе. И он замолчал. Лечение продолжилось.
— Дай ему маску и огурцы, чтобы лицо не скукожилось!
— Лежите ровно, больной. Ассистент, лёд! И головой не вертите, а то огурцы валятся.
— Больной! Важная рекомендация: йод не пить!
Папа лежал в тающих льдинках, огурцах и «истекал кровью», не притрагиваясь к йоду, а доктора решали, что делать, если вся кровь вытечет.
— Может, залить в него обратно? Думаешь, куда кровь больным заливают?
Врачи задумались.
— А может, я выздоровел? — пользуясь тишиной, с надеждой спросил папа.
— Что ты! Это невозможно! — уверенно махнули рукой на папу доктора.
Предлагались новые варианты.
— Будем оперировать? — Массаж?
— Почистим ему зубы?
— Раскроем над ним зонт, чтобы его дождик не замочил?
— Откуда в больнице дождь? — встрепенулся папа.
— А мы тебя как будто в другую перевозим.
— Зачем?
— Кожу будем тебе высаживать. Кожа у тебя повреждена.
— Мама, спаси меня! — зашептал больной мне в спину.
— Не, пока болей, — безжалостно ответила я, — а то они меня лечить будут, а мне поработать надо. Ты это… болей качественно, хоть полчасика протяни ещё, а потом я ужин разогрею.
Популярные комментарии
Сергей ГлушковО-о-о-ха-ха-ха-ха… Тщеславие, гордыня и глупость, — вот итог 11-летнего обучения в Российской школе! Разницы в науках МГУ и периферийного вуза нет, бла-бла-бла журналистика одинакова и в Москве, и в Папуа Новой Гвинеи. И дальнейшая судьба зависит от корочки диплома на 0,1℅.
«Проходной балл — 303 из 300»: итоги приемной кампании в вузах и прогноз для абитуриентов-2027
ОльгаС Чеховым согласна. Еще Бунин и Куприн для изучения отлично подойдут. Пушкин — вполне неплохо. Гоголь — но не то, что изучают. Салтыков-Щедрин тяжеловат, но необходим и очень современен, к сожалению. Достоевского, Толстого и Тургенева оставила бы для изучения во взрослом возрасте, после школы. Кто захочет — прочитает. В школьной же программе оставила бы для изучения Булгакова, Зощенко и обязательно кого-то из современной литературы. Это все можно изучать, начиная с 7 класса. А до этого надо просто прививать детям любовь к чтению. Не вызвать стойкую неприязнь, когда они в 5 классе читают Му-му или Слово о полку Игореве, а в 6-м — Дубровского. Есть прекрасная литература для детей. Которая также учит хорошему и доброму. Но это именно литература для детей. А наши классики, уж простите, но писали ДЛЯ ВЗРОСЛЫХ читателей. У Толстого были рассказики именно для детей. У Чехова тоже есть подходящая литература, у Куприна. Их — пожалуйста. Но не Бежин луг и не Му-му
«Дети читают классику как записки о жизни инопланетян»: писатель Дмитрий Данилов — о любимых книгах и школьной программе
Юлия ЛанговаяНекоторые общественные деятели абсолютно не разбираются в уровне сложности олимпиад, которые засчитываются за БВИ, если предлагают их комбинировать с ЕГЭ (ЕГЭ + Олимпиада). Более того они даже не представляют, как организована подготовка Олимпиадников к таким Олимпиадам. Вот поинтересовались бы, посетили сборы, в которых участвуют эти одаренные дети.
Что может измениться в правилах поступления в вузы к 2027 году и при чем здесь скандалы приемной кампании – 2026






