«У меня есть личный список учеников, которых я боюсь». Учительница географии — о том, как ее довела школа

Этот текст мне, главреду «Мела», прислала на почту учительница географии Антонина Пупышева. Точнее, уже бывшая учительница: она 6 лет проработала в школе, очень устала, сильно разочаровалась, потеряла всякую мотивацию и в итоге решила уйти. Вот ее 11 причин почему.

1. Я ничего не знаю, кроме школы, и не чувствую, что могу подготовить детей к чему-то настоящему. Как будто я просто пересказываю им то, что знаю сама от других учителей. Мне необходимо получить какой-то другой опыт работы, отличный от преподавания. Да и если откровенно, то в школе мало настоящего «преподавания предмета». Это просто повторение по сто раз простейших инструкций, бесконечные замечания и контроль дисциплины (неудачный), а также выслушивание вопросов из серии «А можно выйти?» и «А что мы делаем?». Только люди с бесконечным терпением (или пофигизмом) смогут долго это терпеть. Восхищаюсь ими!

2. Одновременно с пунктом 1 я вынуждена играть роль «всезнайки», хотя на самом деле ни в чем по-настоящему не разбираюсь, кроме заданий ОГЭ и заполнения электронного журнала.

3. Дети и родители обесценивают труд учителей, и у меня не осталось сил переубеждать их. Учитель всем должен, ни на что не имеет права, а ученик и родитель могут обвинить его в чем угодно без доказательств. Учитель оказался в позиции обслуживающего персонала, лишенного презумпции невиновности. Энергия уходит не на преподавание, а на юридическую и психологическую самооборону от родителей и учеников. А я хочу все-таки еще поошибаться и побыть в роли ученика, в позиции «незнайки», научиться чему-то новому. Сейчас я совсем не чувствую, что развиваюсь. Наоборот: я просто всё больше разочаровываюсь в детях, в людях, в системе. Претензии, обвинения и хамство в отношении учителя — это обычное дело в большинстве современных школ. Самое ужасное, что идет это потребительское отношение от родителей в первую очередь. Так вот, учитель, получается, служит каналом всего негатива в школе. Не услышал, не записал, не понял — виноват учитель. Сколько я получаю каждую неделю гневных и обвинительных писем? Примерно 10. А сколько благодарных? Я скажу. За 6 лет работы — 3 письма с благодарностью за интересные уроки. И все от выпускников, то есть довольно взрослых уже людей, которых нужно было сначала перетерпеть, пока у них был пубертат. И иногда мне кажется, что эти три благодарных письма и держали меня эти 6 лет.

4. Мне стало совершенно не важно, интересен ли ученикам мой предмет. Сначала, в первые года два работы, я хотела, чтобы географию полюбили все, и лезла из кожи вон, чтобы показать, как всё классно и интересно. Позже я поняла, что, как ни старайся, будут те, кому абсолютно и совершенно наплевать на тебя и твои рассказы с высокой колокольни. И я концентрировалась на тех, кому интересно, поддерживала их и направляла. А в последний год я не вижу смысла вообще. Я поняла вот что. Если предмет интересен человеку, то он разберется и без меня, а если неинтересен — я не в силах это изменить, поэтому незачем тратить время. Когда учитель был действительно единственным источником информации о мире, это всё имело смысл.

Сейчас, когда каждый живет в своем информационном пузыре, с ИИ на подхвате, для учителя места уже нет.

Это не значит, что учителя не нужны, просто сейчас нас не слышат и демонстративно отрицают. Возможно, со временем общество осознает свою ошибку, а может, и нет. И просто все переругаются из-за своих тиктоковых убеждений, так и не познав истину. В любом случае не хочу всю жизнь тратить на доказывание, что я не верблюд.

5. Общее мнение и в школе, и в обществе в целом: география — неважный и ненужный предмет. Это не математика, не биология, не химия, не физика, даже не история. Даже литература со своим противоречивым набором произведений считается гораздо более важной, чем наука о Земле. Я никак не могу смириться с этим, потому что считаю иначе. Но тратить все моральные силы на переубеждение всех вокруг считаю нецелесообразным. Кто понял это, тот понял и больше не разубедится. А кто нет — значит, не дорос еще, поймет в свое время. А если не поймет — значит, ему и не пригодилось.

6. Мне банально надоела программа по географии. Невыносимо думать, что каждый год придется рассказывать одно и то же. И что по правилам нельзя взять и рассказывать о чем угодно, потому что «это не по плану». Я больше не получаю удовольствия от общения с учениками и от процесса обучения. Одна мысль, что мне завтра идти в школу и что-то объяснять, нагоняет на меня тошноту. А дни, когда нужно объяснять по два раза подряд одну и ту же тему, — пытка. Даже искренний интерес в глазах учеников не зажигает уже во мне искру что-то объяснить. В голове одно: «Ну вот, опять это рассказывать».

7. Коллеги соревнуются в том, насколько они правильные и ответственные учителя. А у меня больше не осталось сил поддерживать видимость того, что мне не всё равно. Из-за этого я начала раздражаться и срываться, в том числе на коллег, которые на самом деле не виноваты и просто стараются делать свою работу.

8. Я изначально никогда не мечтала работать учителем. Наоборот, меня пугала такая судьба. В школе мне казалось, что учителей ненавидят и проклинают за оценки. Несмотря на это, я очень благодарна за этот опыт. Но всё же важно: то, что я попала в школу, — это случайное стечение обстоятельств, а не осознанный выбор профессии.

9. Пункт, за которой меня, скорее всего, осудят больше всего. Но мне важно озвучить эту неудобную правду. Дети 11–16 лет — крайне неприятные люди. Общаться с ними много времени — разрушительно для психики здорового человека. Да, некоторые бывают милыми, отзывчивыми, вежливыми и понимающими. Но обычно это 3–4 человека в классе. И самое обидное, что с этими светлыми людьми ты общаешься меньше всего! Ведь они и так внимательно слушают тебя, и так выполняют все задания, им и так интересно учиться, они и так всё понимают, с эмпатией у них всё хорошо. А вот тратишь ты свои навыки, силы и нервы на самых мерзких выпендрежников, понторезов, хулиганов и хамов.

Демонстративные опоздания, нарочитая небрежность, закатывание глаз на каждую просьбу, жалобы и постоянное, нескончаемое вранье… И почему я должна тратить свой потенциал и свою жизнь на такое отношение?

Я уже 6 лет потратила. Считаю, что для отработки кармического долга этого вполне достаточно. Если что, я в курсе про всякое модное трудное поведение, курсы проходила, прочла тонну книг и т. д. и т. п. Не помогает. Может быть, дело в современной парадигме, где детям дали право голоса, уважают личность. Звучит прекрасно, я сама сначала повелась на это. Но в итоге меня окружают герои из «Чарли и шоколадной фабрики», которые знают только про свои права, игнорируют права остальных, а про обязанности вообще не слышали.

10. Меня реально пугают новости о нападениях в школах. И я вообще не удивлена, почему эти нападения происходят регулярно и именно в образовательных учреждениях. У меня есть свой личный список учеников, которых я боюсь… Напряжение и негатив в школе очень ярко ощущаются, прямо витают в воздухе. Ведь, как ни крути, школа — это место, где дети находятся не по доброй воле, где их свобода ограничена. Как в больнице, тюрьме и любом другом режимном учреждении. И дети, даже если с виду они лоси метр восемьдесят, — это дети с незрелой префронтальной корой, которая еще не регулирует эмоции. Помещение десятков таких людей в принудительную среду неизбежно порождает хаос, где эмпатичные дети теряются на фоне агрессивных и демонстративных. Как бы ни пытались делать школы красивыми, удобными, интересными, «свободными», это всё работает только первые несколько дней. Как только начинаются требования, оценивание, сложные задания и конкуренция — ничего не помогает, нужны воля, дисциплина и терпение. Ну и где это всё взять детям, которые не знают слова «нет»?

11. Потратив душевные силы на образование чужих детей, я уже не имею сил даже поговорить со своими вечером. Наверное, этот пункт нужно ставить не на последнее, а на первое место. Отдавать все моральные ресурсы чужим детям, чтобы вечером смотреть на своих пустым взглядом, — цена, которую ни один человек не обязан платить за профессию.

Вместо эпилога

Можно говорить, что у меня инфантильная позиция и избегание трудностей. Можно говорить, что любая работа имеет свои недостатки. Можно говорить, что это то самое модное выгорание, так сейчас у всех, нужно просто отдохнуть и т. д. (окей, дайте денег). Можно говорить, что нужно просто более творчески подходить к урокам, каждый раз придумывать что-то новое, что все ограничения у меня в голове и т. д.

Или просто сказать: «Забей, относись ко всему проще, выпей игристого».

Но дело в том, что на это всё нужны силы, а их у меня уже не осталось. А после игристого потом ведь еще вставать — и снова на работу… Сопьешься!

Еще был вариант: ладно, понятно, тебя бесят дети, они хамят. Но вот взрослые люди — еще хуже! И они хамят, интригуют, подставляют и тоже постоянно тупят, но про них нельзя сказать «они же дети», их уже не исправить. Я долго думала над этим аргументом. И вот мой ответ: пусть лучше мне хамят люди, равные по социальному статусу, а не эти сопляки, это хотя бы не так обидно.

Вообще, поработав в образовании, я убедилась вот в чем: учитель — это не профессия на всю жизнь.

Учителем должен на какое-то время становиться каждый гражданин страны, независимо от профессии и образования, по аналогии с присяжными в суде

Так он будет, с одной стороны, делиться своим реальным, актуальным и уникальным жизненным опытом с подрастающим поколением, а дети не будут воспринимать его как «очередную училку, которая считает свой предмет самым важным».

Школа и школьная программа — это изолированный от реальной жизни мир. Как ни стараемся мы добавить какие-то проекты, программы, инновационные методы и образовательные поездки, это всё приводит лишь к закатыванию глаз, жалобам со стороны семей и учеников о том, что «дети перегружены», и вопросам «А зачем это нужно?». Реального обучения и передачи опыта не происходит. Происходит лишь образовательный процесс «из-под палки».

Может быть, нужно вообще перевернуть систему образования. Не сначала объясняем, потом делаем, а наоборот. Сначала ставим ученикам задачу, а они пусть сами разбираются, как ее решать… Не знаю.

Но точно знаю, что я сделала всё, что могла. И если останусь учителем, то принесу детям больше вреда, чем пользы, — своими безразличием и злобой, которые всё сложнее скрывать. Лучше они не будут знать географию, чем возненавидят ее на всю жизнь из-за меня.

Спасибо за этот опыт, бесценный и беспощадный. Всем пока.

P. S. Еще будучи школьницей, сидя на уроках с нелюбимыми, озлобленными и саркастичными учителями, я думала: «Если ты так ненавидишь эту работу и детей, зачем мучить себя и других?» Но! Никогда не говори «никогда», может быть, я еще переобуюсь и вернусь с новыми силами и идеями.

Обложка: коллаж «Мела». Фото: © личный архив Антонины Пупышевой