«Оценки за поведение в школах — профанация и популизм». Почему учителя не верят в новую систему

В 2026 году в школах начали выставлять оценки за поведение. Пока не во всех, но со следующего учебного года систему планируют ввести по всей России. Чем больше становится известно о новой системе, тем больше сомнений в том, что она поможет навести порядок в школах. Редактор «Мела» Настя Широкова разобралась в тонкостях новой системы и дала слово учителям, которым предстоит по ней работать.

Не превратятся ли школы в надзорные учреждения

С 1 сентября 2026 года во всех регионах тестируют систему оценок за поведение — в каждом выбрали не менее 10 школ, где проводят апробацию. Во всех школах, участвующих в пилоте, поведение школьников оценивают по трем уровням: «недопустимое», «допустимое» и «образцовое».

Цель этих изменений, если следовать тексту методических рекомендаций Минпросвещения, — «стимулировать личностное развитие школьников, уважительное отношение к сверстникам и взрослым и ответственное поведение». Короче, оценки за поведение призваны наладить психологический климат в школе и предупредить возможные конфликты.

Из этих целей возникает закономерный вопрос: каким именно образом школы на основе этих оценок смогут скорректировать поведение ребенка?

Пока в методичке для педагогов написано, что, если ребенку по итогам четверти/триместра и года поставят «недопустимое» поведение, школа вызовет на беседу его родителей и соберет психолого-педагогический консилиум, чтобы продумать индивидуальный план работы с учеником и предотвратить новые нарушения правил с его стороны.

В целом с нарушителями школьного спокойствия так поступали раньше и поступают сейчас — без оценок за поведение. Хочется просто спросить: и что? Мы всё равно часто слышим жалобы учителей на дисциплину в классе, на неуважение к ним как со стороны детей, так и со стороны родителей.

Возможно, какого-то дисциплинарного эффекта можно было бы добиться, если бы дети поняли, что их действия не только оцениваются по системе «недопустимо»/«допустимо»/«образцово», но и имеют последствия. Ну, например, влияют на средний балл аттестата, на допуск к ЕГЭ и ОГЭ, на перевод в следующий класс.

Да, знаем, оценка за поведение, влияющая на что-то вроде допуска к экзаменам или среднего балла аттестата, — это жестко. Потому что в таком случае отметка может стать «оружием» учителя в противостоянии с неугодными/непослушными/нелюбимыми (подставьте любое прилагательное) учениками. Или потому, что с таким подходом мы рискуем превратить школу из учебного в надзорное заведение, где у каждого ребенка будет социальный рейтинг с ярлыками «допустимо», «недопустимо», «образцово». И всё это выглядит неправильно. Как будто нужны другие дисциплинарные меры.

В общем, к нашему первому вопросу — об эффекте, который будет сопровождать проставление оценок за поведение, — ответы не предусмотрены. К нему только прибавляются новые. Ну, например, зачем всё это нужно, если оценки за поведение ни на что не влияют?

Вопросы без ответов

Следующий и, пожалуй, главный вопрос — как введение оценок за поведение скажется на работе классных руководителей, которые должны их выставлять? И у нас, кажется, даже есть ответ с вытекающей проблемой: это лишь создаст для учителей дополнительный источник нагрузки и лишит их времени (которого и так почти нет) на взаимодействие с детьми.

Сейчас схема выставления этих оценок такая: раз в неделю классный руководитель — на основе своих наблюдений, отзывов учителей-предметников, школьных психологов и ответственных за воспитательную работу — должен вносить в бумажный или электронный журнал записи о поведении детей, «поощрительные» или «предупреждающие».

И снова вопросы: как будет выстраиваться связь между классным руководителем и остальными участниками учебного процесса? они должны предоставлять отчетность после каждого урока? или простого отсутствия замечаний о поведении детей достаточно? а как разделить два понятия — образцовое и допустимое поведение, если дети ведут себя просто нормально?

Пока всё не очень понятно, но идем дальше — по тому, что есть. В конце каждой четверти или триместра (а затем — и года) классный руководитель формирует оценку за поведение своих учеников. Это значит, что учителю нужно оценить в среднем 28–30 человек по четырем критериям и десяти показателям.

Критерии следующие:

• дисциплинированность (соблюдение школьных правил);
• соблюдение норм общения с другими детьми (неконфликтность, уважительное отношение к сверстникам);
• соблюдение норм общения со взрослыми (неконфликтность, уважительное отношение к старшим);
• правомерное поведение (отсутствие фактов антиобщественных действий и противоправного поведения).

А теперь — показатели:

• в критерии «Дисциплинированность» их 4: ученик соблюдает расписание и правила школы, его одежда соответствует школьным требованиям, он соблюдает нормы поведения при проведении гражданско-патриотических акций, а также — правила пожарной безопасности и нормы при чрезвычайных ситуациях;
• в критерии «Соблюдение норм общения со сверстниками» 2 показателя: школьник конструктивно взаимодействует с другими детьми и соблюдает нормы коммуникации, не создает умышленно конфликтные ситуации и не проявляет осознанной агрессии к окружающим;
• в критерии «Соблюдение норм общения со взрослыми» тоже 2 показателя: ребенок уважительно взаимодействует с педагогами и ответственно относится к рекомендациям учителей;
• в последнем критерии, «Правомерном поведении», 2 показателя: ученик не замешан в антиобщественных и противоправных действиях (вандализм, хулиганство, травля, воровство) и не состоит в различных видах профилактического учета.

За каждый показатель можно получить от 0 до 3 баллов, а финальная оценка за поведение выставляется по их сумме, где «недопустимое» поведение соответствует шкале от 0 до 9 баллов, «допустимое» — от 10 до 23 и «образцовое» — от 24 до 30.

На бумаге всё более или менее понятно, но теперь давайте представим, сколько часов может уйти на оценку поведения всего класса. Если подходить к этой работе ответственно и погружаться во все детали и нюансы поведения каждого ребенка, учитель, скорее всего, будет ночевать в школе. И всё это — неоплачиваемые часы работы. Не будем забывать, что из нагрузки у классных руководителей еще:

• проверка тетрадей (если они ведут предмет);
• общение с родителями и детьми после уроков;
• заполнение электронных журналов;
• работа с обязательными отчетами (на которые уходит по 8–10 часов в неделю);
• планирование уроков на следующий день.

Учителя и так часто жалуются, что вместо общения с детьми у них — бумажная волокита и бюрократия. И, кажется, ее станет еще больше. Это если выполнять работу на совесть. А если, допустим, просто ради галочки ставить всем нормальные баллы? Не потому, что педагогу лень, а потому, что невозможно вывозить такой объем работы. Возвращаемся к вопросу об эффекте оценок за поведение.

Конечно, по задумке это неплохая идея: оценки за поведение в идеальном мире могли бы помочь обратить внимание взрослых на некоторых детей и помочь решить их проблемы с учебными результатами и другими переживаниями, но такая работа не должна взваливаться на плечи одних лишь классных руководителей.

К тому же какой смысл будет в этой оценке и в профилактической работе с учеником, если, допустим, у него всё хорошо с показателями по общению со старшими, дисциплинированности и отсутствию противоправных действий, но плохо — с взаимодействием со сверстниками?

В таком случае он выйдет на плато «допустимого» поведения, а профилактические беседы ведут только с теми, у кого оно «недопустимое». Снова вопросы без ответов.

Для достижения хоть каких-то результатов в налаживании атмосферы в школе и для создания в ней безопасного пространства нужна комплексная работа — прежде всего социально-психологической школьной службы. В ее задачи как раз и входят коррекция поведения детей, оценивание психологической обстановки в классе и предупреждение конфликтов, профилактика травли и так далее.

Правда, тестирования в некоторых школах проводят не то чтобы честно: детей просят выбирать только «хорошие» ответы, а для психодиагностики используют устаревшие анкеты, не отвечающие актуальным проблемам, с которыми сталкиваются школьники.

И снова вопрос: если не работают психологические службы, будет ли эффективна оценка за поведение? Почему в итоге с этим должны разбираться классные руководители, у которых банально может не хватать времени, знаний и инструментов для предотвращения проблем?

Что действительно может помочь школам — мнение учителей

Анонимно, классный руководитель из Красноярского края:

«Что бы помогло улучшить атмосферу в классе и школе и сделать их безопасными для детей и учителей? Воспитание родителей! С детства нужно воспитывать в ребенке уважение к учителям, к другим ученикам, к учебному процессу. Сейчас детей воспитывает интернет: они в телефоне практически с рождения. Отношение родителей к учителям потребительское: „Мы вам отдали ребенка, вот и учите и воспитывайте, на то мы и налоги платим, и диплом у вас есть, а мы работаем, нам некогда“. Пока будет перекос в сторону детоцентризма в самом его извращенном проявлении — родитель и ребенок ни за что не отвечают, всегда виноват учитель — ничего хорошего в образовании не будет».

Анонимно, классный руководитель из Москвы:

«Реальную атмосферу в классе помогут исправить сотрудники психологической службы, которые должны проводить реальные сессии с проблемными учениками. Поверьте, каждый учитель делает всё возможное для устранения сложностей с дисциплиной, но работать в шумном и неуправляемом классе просто невозможно».

Анонимно, классный руководитель из Ростовской области:

«Действительно может помочь явно не оценка по поведению, а система — правовая и законодательная база, которая оградит учителя от всевозможных оскорблений, унижений и провокаций со стороны детей. Этой правовой базы у нас попросту нет. Если ребенок кинет в учителя стулом, ему за это ничего не будет, а семья, скорее всего, заплатит только штраф».

Вместо итогов

Пилот только начался, и делать выводы рано. Но уже понятно, что стоит отслеживать, чтобы через год сказать, работает ли система.

• Нагрузка педагогов. Сколько времени у классных руководителей реально будет уходить на оценивание?
• Последствия. Что будет с ребенком после «недопустимого» поведения: получит ли он помощь психологов и окажутся ли эффективными индивидуальные планы работы после профилактической беседы?
• Динамика. Изменятся ли дисциплина и климат в классах пилотных школ?

Здесь нужны данные, которые, надеемся, опубликуют после апробации системы оценок за поведение.

Если ответы на эти вопросы будут в основном положительными, мера станет полезным инструментом. Если нет, то это еще одна графа в журнале, из-за которой у учителей станет меньше времени, а у детей появятся вопросы, почему их поведение вдруг не «образцовое», а просто «допустимое».