Дети без эмоций: как распознать психопатию и можно ли с ней бороться
«Ребёнок не растёт с желанием стать психопатом. Это не его выбор»

Дети бывают жестоки, и причины могут быть разные: проблемы в семье или дурное влияние сверстников. А ещё детская жестокость бывает проявлением психического расстройства. Барбара Брэдли Хагерти рассказала в журнале The Atlantic, что такое психопатия у детей и подростков и отчего она возникает.
Родители Саманты, Джен (учительница начальных классов) и Денни (врач), удочерили девочку, когда ей было два года. У них уже было тогда трое своих детей, а позже родились ещё двое. С самого начала Саманта была своенравным ребёнком и агрессивно требовала внимания. Тогда это казалось совершенно нормальным — кто из детей так не делал. Биологической матери Саманты пришлось отказаться от дочери: она потеряла работу, дом и не могла материально обеспечить четверых детей. Никаких признаков, что с Самантой жестоко обращались, не было, а её развитие соответствовало всем возрастным нормам.
Жестокость Саманты начала проявляться ещё в детстве. Когда девочке было чуть больше полутора лет, она пописала на мальчика в детском саду после ссоры с ним. «Она прекрасно понимала, что делает. Просто ждала подходящего момента, чтобы отомстить ему», — рассказывает Джен, приёмная мать Саманты. Когда девочка подросла, она начала бить своих братьев и сестёр, и улыбалась, когда те начинали плакать. А однажды в ответ на замечание приёмной мамы Саманта смыла её линзы в унитаз. При этом её поведение нельзя было назвать импульсивным: она делала всё обдуманно.
Джен и Денни начали консультироваться с врачами и психиатрами. Тем временем Саманте становилось всё хуже. В свои шесть лет девочка уже три раза лежала в психиатрической больнице. Одни психологи говорили, что с возрастом всё пройдёт, другие уверяли, что Саманта — очень импульсивный ребёнок и ей нужна терапия, а третьи считали, что девочке просто не хватает родительской любви.
В декабре 2011-го Саманте исполнилось шесть. Джен везла детей в машине домой и внезапно услышала крики с заднего сидения: Саманта душила свою двухлетнюю сестру. Джен разняла их, а когда они вернулись домой, решила поговорить с дочерью:
— Что ты делала?
— Я пыталась задушить её.
— Ты понимаешь, что могла убить её?
— Да. Я хочу убить вас всех.
Позже Саманта принесла Джен свои рисунки с оружием и показала на игрушках, как его можно использовать. «Я была очень напугана и чувствовала, что ситуация выходит из-под контроля», — вспоминает Джен. Спустя четыре месяца Саманта попыталась задушить своего брата, которому тогда было всего два месяца.
Приёмным родителям Саманты пришлось признать, что ничего не помогает: ни терапия, ни жёсткая дисциплина. «Я читала, и читала, и читала, пытаясь понять, какой диагноз подходит под симптомы Саманты», — вспоминает Джен. В конце концов Саманте диагностировали «расстройство поведения с признаками бессердечия и безэмоциональности», иначе говоря — психопатию. От этого не умирают, но и вылечиться тоже нельзя.
Среди признаков детской психопатии: недостаток эмпатии, чувства вины, неспособность испытывать сильные эмоции, агрессивность, жестокость и даже безразличие к наказаниям. Безэмоциональные дети могут с лёгкостью причинить боль другим людям, чтобы получить желаемое. А если они и выглядят заботливыми, то, скорее всего, просто пытаются манипулировать.
Учёные говорят, что детей с подобным расстройством всего 1% — примерно столько же, сколько людей с аутизмом или биполярным расстройством
До недавнего времени об этом расстройстве почти не говорили. Только в 2013 году «расстройство поведения с признаками бессердечия и безэмоциональности» включили в американскую классификацию психических расстройств DSM-5.
По мнению врачей, психопатия может быть врождённой и приобретённой. Кто-то становится жестоким под влиянием окружающей среды, в которой растёт: бедность, насилие со стороны родителей, плохая компания. Другие же дети вырастают жестокими в заботливой и любящей семье. Учёные говорят, что даже если у ребёнка присутствуют описанные черты, это не значит, что он обязательно вырастет психопатом: по статистике, только один ребёнок из пяти. Но сказать причину, почему так происходит, никто пока так и не может. «Эти дети не могут ничего с собой поделать. Ребёнок не растёт с желанием стать психопатом или серийным убийцей. На самом деле он может мечтать стать бейсболистом или художником, — говорит психолог университета Пенсильвании Адриан Рейн. — Это не его выбор».
Опытный специалист может диагностировать расстройство у ребёнка в 3-4 года. Нормально развивающиеся дети к этому возрасту начинают переживать и пытаться утешить, когда видят, что кто-то плачет; дети без эмоций — никак не реагируют. Чем старше становится ребёнок, тем заметнее проявляются и другие особенности. Например, когда 8-10-летний ребёнок сознательно совершает плохой поступок, без давления со стороны друзей или кого-либо. Но главный сигнал — ранняя жестокость и склонность к насилию. «Большинство психопатов, с которыми я работал в тюрьме, признавались, что начинали спорить и ругаться с учителями ещё в начальной школе. Помню, я спросил одного из них: „Что самое ужасное ты сделал?“. И он ответил: „Я избил своего учителя до потери сознания“. В это невозможно поверить, но это не единичный случай», — говорит психолог из университета Нью-Мексико Кент Кил.
Благодаря исследованиям Кила мы знаем, как устроен мозг человека с психопатией и в чём его отличие от мозга условно нормального человека. Первое отличие — в лимбической системе, которая отвечает за обработку эмоций. В мозгу психопатов эта область содержит меньше серого вещества.
Человек понимает, что поступает плохо, но при этом ничего не чувствует, а иногда даже не распознаёт страх и страдание
Ещё одно отличие психопатического мозга — активная система вознаграждения, которая особенно сильно реагирует на наркотики, секс и всё, что приносит удовольствие. Во время одного исследования дети играли в компьютерную игру на деньги, которая была запрограммирована таким образом, что ребёнок сначала быстро выигрывал, а потом постепенно терял заработанное. «Большинство людей остановятся в какой-то момент и выйдут из игры. А дети, у которых есть признаки психопатии, продолжат играть, пока не потеряют всё, что ранее выиграли. У них просто не работают тормоза», — говорит Кил. Такие дети не учатся на своих ошибках. Главное для них — получать удовольствие.
После двух лет лечения у Саманты появились друзья. Правда, когнитивное обучение не всегда помогает справиться с желанием задушить надоедливого одноклассника в классе. Но при этом она понимает, что эти мысли неправильные, и учится контролировать себя. И это для неё уже большой успех.
Популярные комментарии
Евгения СамотохинаТо что отрицательные оценки нужны — я согласна, но здесь должен быть ряд факторов: 1) как по мне текущая система оценки (пятибалльная, а по факту четырехбальная) — не то чтобы объективная. Особенно чувствуется на объемных заданиях в старших классах, когда в тексте на 2 страницы допустил 2-3 ошибки и пооучаешь тройку. Как по мне система должна иметь разбивку хотя бы в 10 баллов. 2) Часто каждый учитель сам определяет как оценивать ученика. Если с точными науками и каким-нибудь диктантом ещё более-менее понятно, то с более творческими заданиями, пересказами вообще непонятно — у одного учителя ты получаешь 5 у другого за пересказ того же качества — 3.
«Двойка должна жить». Учитель — о том, почему плохие оценки нужны детям
АнастасияДа уж… Уважительное общение не включено в общеобразовательные стандарты и экзаменационные вопросы. Можно иметь аттестат и даже не один диплом, но при этом оставаться полнейшим хамом. Системный кризис.
«Короче, училка, варежку свою закрой». Топ-20 цитат из переписок родителей с учителями, от которых волосы встают дыбом
Виктория ИльинаА может, пора честно посмотреть на проблему не только глазами учителя? Учитель жалуется: слишком много часов, слишком много отчётности, слишком много требований сверху. И с этим трудно спорить. Но есть один неудобный вопрос: а не является ли сама школа частью проблемы, которую она годами создаёт? Попробуйте хотя бы на минуту посмотреть на ситуацию глазами ученика. Этот ребёнок, которого сегодня заставляют заучивать километры информации «для галочки», завтра станет взрослым человеком. Возможно, чиновником, руководителем, тем самым человеком, который будет писать новые стандарты, программы и инструкции для школ. Не удивительно ли, что система воспроизводит сама себя? Главная ошибка многих педагогов — не в любви к знаниям. Знания нужны. Ошибка в другом: в убеждении, что ребёнку обязательно нужно загрузить весь огромный школьный багаж, не задумываясь, что из этого действительно пригодится именно ему. И когда обществу годами пытаются доказать ценность каждого килограмма ненужной информации, неудивительно, что эта работа перестаёт восприниматься как источник реальной пользы. Может быть, выход проще? Не превращать каждый предмет в борьбу за выживание. Не ломать детей и не выгорать самим. Если ребёнку ваш предмет объективно мешает сосредоточиться на тех знаниях, которые нужны ему для будущего, — поставьте законную тройку и дайте ему возможность развиваться дальше. Иногда настоящая педагогика — это не заставить выучить всё. А понять, что именно действительно стоит учить.
«Мы согласились со своим бесправием». Учительница – о том, почему ее коллеги терпят унижения





