Екатеринбуржец с ДЦП поступил на факультет медиакоммуникаций НИУ ВШЭ. В его судьбе принимали участие Евгений Ройзман и Ольга Романова.
«Помните, рассказывал, что Максим Прокопьев, сирота, с детства оставшийся без родителей, с ДЦП, без копейки денег отправился в Москву поступать в ВШЭ? Вы будете смеяться, но он поступил!», — написал глава Екатеринбурга Евгений Ройзман на своей странице в фейсбуке.
Журналист Ольга Романова, глава правозащитной организации «Русь сидящая», также поделилась новостью на своей странице и поблагодарила сотрудников НИУ ВШЭ за помощь и понимание. «Спасибо всем-всем, кто помогал парню, которому не очень-то просто ходить и говорить. Отдельное спасибо сотрудникам и преподавателям ВШЭ, которые отнеслись к проблеме Макса с пониманием, с сердцем, совестью и с умом. Там кое-кому надо просто памятник поставить», — написала Романова.
Максим Прокопьев закончил школу-интернат. У него ДЦП, и мама отказалась от него, когда ему было меньше двух лет. До 13 лет он жил с бабушкой, после её смерти — в интернате. Максим живёт на пенсию в пятнадцать тысяч, старается подрабатывать. Историю Максима Евгений Ройзман короткорассказал у себя в блоге в начале июля, когда тот отправился поступать в Москву. «Говорить ему очень трудно, но он старается. Ходит сам, пытается даже бегать. Много читает и работает с компьютером. Веселый и остроумный, — пишет Ройзман. — Никогда ни у кого ничего не просил и ни на что не жаловался. Решил поступать в Москву в Высшую школу экономики на медиакоммуникации. Мы насобирали денег по карманам и купили ему билет в один конец. Денег у него нет, но в ВШЭ могут дать общагу. Завтра последний день подачи документов. Добрая и строгая Ольга Романова берет над ним шефство, и Людмила Телень тоже проследит».
Сам Максим регулярно публиковал на своей страничке новости о процессе поступления, рассказывая о подготовке и экзаменах. По результатам четырёх экзаменов Максим набрал 327 баллов: русский язык он сдал на 91 балл, иностранный — на 85, 61 балл получил за литературу и 90 — за творческий конкурс.
Популярные комментарии
ОльгаКак только читаешь что-то подобное, сразу становится как-то неуютно… Как вообще в школе можно унифицировать что-то, что относится к оцениванию знаний школьника?
Минпросвещения разработало единые критерии оценки школьных работ- Helen
Как же сложно быть подростком. Казалось бы, что нет ничего проще, как подойти к мальчику или девочке и сказать, что ты мне нравишься.Но нет, проблемы какие-то дурацкие в голове.Я своему ребенку посоветовала решать проблемы делами. Нравится кто-то? Подойди, познакомься простыми фразами: привет, как тебя зовут, самому представится, где учишься, где живёшь, есть ли домашние животные, есть ли братья сестры, чем занимается вне школы, какие есть увлечения, и прочее, угости шоколадкой, предложи сходить в кино, после уроков съесть по мороженому, на переменах поговорить об интересах. Обменяться номерами телефонов. Да куча всяких разностей. Можно ничего не говорить о своих «любовях», а входить в жизнь понравившегося человечка. Подарить карандаш простой и красивый, ручку, резинку стирательную. В столовой сесть рядом или место занять. Кидать комплименты приятные.Можно предложить сидеть вместе за партой.При влюбленностях подростков важно помнить, что самое главное, что есть у него -это жизнь и нет ничего важнее жизни. Родителям в такой трудный промежуток жизни подростка нужно быть рядом и поддерживать в ребенке самоуважение, развитие критичности мышления, рациональности общения.
Я влюбился в одноклассницу, но боюсь ей признаться. Что мне делать? - Алина Сен-Люк
Ужасная, некорректная акция, которая не учит добру и милосердию, ибо благотворительность — это когда от себя что-то отрываешь, а не у другого человека забираешь… Да и не было никогда у учителя моря цветов в вёдрах. Не все ведь в первых классах работают.
«Все эти акции вместо цветов — спекуляция чувствами учителя»: педагоги — о том, нужны ли им букеты на 1 Сентября
