Как воображаемые друзья помогают детям взрослеть

Считается, что появление воображаемого друга у ребёнка — это веская причина для визита к детскому психологу. Однако учёные уже давно так не думают. Журналистка New York Magazine Кэри Ромм пообщалась с ведущими исследователями и выяснила, что воображаемые друзья не только не причиняют детям вреда, но даже приносят определённую пользу.
Американский мультфильм «Головоломка» изобилует эмоциональными моментами, но сюжетная линия с Бинго-Бонго, безусловно, запоминается зрителям больше всего. Воображаемый друг девочки Райли весь фильм проводит в лабиринтах её долгосрочной памяти: он почти забыт, но преданно верит, что когда-нибудь о нём снова вспомнят.

К сожалению, Бинго-Бонго всё-таки исчезает бесследно. Сцену, во время которой погибает воображаемый друг Райли, можно назвать самой трагичной за всю историю Pixar. А ведь до недавнего времени потеря воображаемого приятеля не считалась печальным событием, скорее — наоборот.

Раньше воображаемые друзья считались признаком чего-то нездорового или даже зловещего. В конце мая американский журнал Science Friday опубликовал статью научного журналиста Лорен Джей Янг, в которой она рассказывает о феномене воображаемых друзей: «Исторически так сложилось, что многие исследователи и родители считали, что воображаемые друзья вредны для детей. Их считали признаком социального дефицита, одержимости или психических заболеваний. Например, ведущий психолог Университета Алабамы Ансли Гилпин рассказала о случае, когда один из родителей посчитал, что у его дочери — шизофрения. А у ребёнка просто был воображаемый друг».
К счастью владельцев воображаемых друзей и их родителей, мнение о вредности выдуманных приятелей постепенно теряет свою ультимативность
Как пишет Science Friday, совсем недавно учёные признали воображаемую дружбу, возможно, самым очаровательным объектом исследований в сфере психологии. И самое интересное — они обнаружили, что выдуманный друг не является чем-то патологическим, а жизнь в воображаемом мире вообще помогает детям развить ценные навыки, которые пригодятся в реальной жизни.

Учёные утверждают, что родителям не стоит беспокоиться из-за воображаемых друзей ребёнка. Во-первых, это невероятно распространённое явление: по данным некоторых исследований, 65% американских детей в возрасте до семи лет заводят себе воображаемого приятеля. Во-вторых, дети знают, что они ненастоящие. Несуществующие в реальности друзья — не индикатор одиночества или дефицита социальных навыков у ребёнка, а вполне нормальный способ реализации детских фантазий.
Способность выдумывать несуществующих персонажей берёт своё начало в младенчестве, когда дети учатся имитировать манеры и привычки взрослых
«Если мама часто поднимает брови и надувает щёки, чтобы делать смешные мордочки, то и ребёнок очень быстро научится делать это на свой лад, — говорит психолог из Йельского университета Дороти Зингер, одна из первых исследователей феномена воображаемых друзей. — Повторение за взрослыми — это символический предвестник игры. Имитация показывает, что ребёнку любопытно, и он готов повторять звуки и действия за взрослыми, которые его окружают». Именно этот навык может в будущем трансформироваться в целую воображаемую персону.

Воображаемые друзья могут даже приносить своим владельцам когнитивную и эмоциональную выгоду. Дети с воображаемыми друзьями и без них очень похожи между собой, но некоторые различия всё-таки есть. Психолог из университета Орегона и автор книги «Воображаемые друзья и дети, которые их создают» Марджери Тейлор утверждает, что дети, у которых был или есть воображаемый друг, более социализированы и менее застенчивы. Некоторые исследования показывают, что у детей с воображаемыми приятелями сильнее развито социальное понимание и они более успешно применяют разные навыки в реальной жизни.
Довольно редко, но всё-таки случается такое, что и у здоровых взрослых есть воображаемые товарищи
С какими-то из них они неразлучны с детства, а некоторых создают по мере взросления. «Если вы почитаете автобиографию Агаты Кристи, которую она написала в возрасте 70 лет, то поймёте, что она всё ещё имела воображаемых друзей. И они нравились ей больше, чем персонажи из её книг», — рассказывает Тейлор.

По словам психолога, беспокоиться из-за воображаемых приятелей, в каком бы возрасте они ни появились, не стоит. Также не стоит задумываться, из-за чего они вообще появились. Мир выдуманных друзей не имеет правил. Эта тенденция прослеживается и у известных воображаемых друзей, каждый из которых появился своим уникальным способом. У Кельвина из известного комикса есть Хоббс — плюшевый тигра с интересным внутренним миром, а у Большой Птицы из «Улицы Сезам» — друг Мистер Снафлпогус, который был невидимым до того момента, пока продюсеры передачи не решили сделать иначе.

Самое популярное определение воображаемого друга — полностью выдуманное, невидимое существо. Однако некоторые исследователи также включают туда таких антропоморфных существ, как чучела животных с индивидуальной личностью. «Многие дети выбирают объект и наделяют его персональными качествами, награждают его характером, разговаривают с ним и слушают, что он им говорит. И я не могу утверждать, что воображаемые друзья во время бесед не перебивают детей», — объясняет Тейлор.
Если ребёнок наделяет одного плюшевого мишку несколькими персонажами в зависимости от ситуации, то он не квалифицируется как воображаемый друг
Небольшое исследование, в котором участвовали 78 детей дошкольного возраста, помогло выявить различия между этими двумя разновидностями выдуманных друзей. Дети с воображаемыми друзьями охотно говорят о них, как о настоящих друзьях, а дети, которые награждают реальные вещи характером, считают себя их воспитателями.

У Тейлор за многие годы систематического изучения воображаемых друзей собралась целая коллекция разнообразных персонажей. Она утверждает, что полностью выдуманные воображаемые друзья часто предстают в образе супергероев или призраков, но бывают они и простыми людьми или животными. Животные могут быть волшебными (как Диппер, «невидимый летающий дельфин, живущий на звезде»), а люди могут быть намного моложе или старше ребёнка (как Нобби, «невидимый 160-летний бизнесмен, который общается с ребёнком между своими поездками из Портленда в Сиэтл»), или его ровесниками с необычными привычками (как, например, «Баинтор — маленький совершенно белый человек, который живёт в свете ламп, или Джерри, живущий в секретной пещере»).
Иногда воображаемые друзья являются копиями настоящих людей, которых дети просто дополняют какими-то качествами
Одна из девочек, участвовавшая в исследовании Тейлор, рассказала о воображаемой подружке для игр «Ненастоящей Рейчел». Выдуманная девочка получила своё имя в честь настоящей подруги. Она приходила домой и, если Рейчел там не было, играла с Ненастоящей Рейчел. «Кстати, дружба с Ненастоящей Рейчел длилась даже дольше, чем с настоящей», — рассказывает исследователь. А ещё выдуманные персонажи не всегда становятся именно друзьями, часто они бывают воображаемыми девушками или парнями, мужьями, женами, домашними животными или наставниками. Любые отношения, которые существуют в настоящей жизни, могут быть и в других мирах.
Сложность в изучении феномена воображаемых друзей заключается в том, что сейчас учёным трудно понять, всегда ли они появлялись в раннем возрасте. Изучать информацию про выдуманных приятелей довольно сложно, потому что детство, каким мы знаем его сейчас, — относительно новая идея. «Взгляд на детство как на время для роста и развития вовсе не существовал до XIX века. А о том, что детям нужно играть, используя при этом своё воображение, заговорили в середине XX века, — говорят учёные про историю исследований воображаемых друзей, опубликованную в 2006 году. — Из-за этого нам доступно так мало источников, ранние теории о воображаемых друзьях очень схематические». И довольно трудно определить, какие из ранних концепций можно применять в настоящее время. В былые времена воображаемых друзей детей (и взрослых) принимали за духовных или сверхъестественных сущностей, например, за демонов или ангелов-хранителей.

Что именно влияет на появление воображаемых друзей, можно выявить исходя из культурологических факторов. Например, у 65% американских друзей был или есть воображаемый друг, 46% британских детей в возрасте между пятью и 12 годами тоже хоть раз в жизни посещал воображаемый приятель. Недавние исследования учёных из Индии и Новой Гвинеи показали, что феномена воображаемых друзей в этих странах вообще не существует. По словам бывшего студента Тейлор из Стамбула, воображаемые друзья крайне редки в Турции. Или, возможно, дети просто не так часто рассказывают о них?
Даже вне особенностей культуры отношения с воображаемыми друзьями могут менять свой характер по мере взросления детей
Выдуманная дружба кажется нормальным и даже милым явлением, если ребёнок ходит в детский сад. Но если ребёнок учится в средней школе, воображаемый друг, скорее, испугает окружающих. Исследование с участием детей в возрасте от пяти до 11 лет показало, что они скорее станут держать своих воображаемых приятелей в секрете, чтобы избежать насмешек от друзей и уберечь родителей от переживаний. Это очень искажает настоящие данные о количестве воображаемых друзей и позволяет предположить, что выдуманные приятели ещё более распространены, чем кажется.

Некоторые данные о воображаемых друзьях учёные получили из рассказов взрослых людей о своих старых воображаемых приятелях. А это, как может подтвердить Бинго-Бонго, не самая точная информация. Ведь воображаемые приятели могут оставаться с человеком всю жизнь, даже если их отправили в лабиринты долговременной памяти. Или могут исчезнуть окончательно, потому что больше никому не нужны.
Популярные комментарии
Евгения СамотохинаТо что отрицательные оценки нужны — я согласна, но здесь должен быть ряд факторов: 1) как по мне текущая система оценки (пятибалльная, а по факту четырехбальная) — не то чтобы объективная. Особенно чувствуется на объемных заданиях в старших классах, когда в тексте на 2 страницы допустил 2-3 ошибки и пооучаешь тройку. Как по мне система должна иметь разбивку хотя бы в 10 баллов. 2) Часто каждый учитель сам определяет как оценивать ученика. Если с точными науками и каким-нибудь диктантом ещё более-менее понятно, то с более творческими заданиями, пересказами вообще непонятно — у одного учителя ты получаешь 5 у другого за пересказ того же качества — 3.
«Двойка должна жить». Учитель — о том, почему плохие оценки нужны детям
АнастасияДа уж… Уважительное общение не включено в общеобразовательные стандарты и экзаменационные вопросы. Можно иметь аттестат и даже не один диплом, но при этом оставаться полнейшим хамом. Системный кризис.
«Короче, училка, варежку свою закрой». Топ-20 цитат из переписок родителей с учителями, от которых волосы встают дыбом
Виктория ИльинаА может, пора честно посмотреть на проблему не только глазами учителя? Учитель жалуется: слишком много часов, слишком много отчётности, слишком много требований сверху. И с этим трудно спорить. Но есть один неудобный вопрос: а не является ли сама школа частью проблемы, которую она годами создаёт? Попробуйте хотя бы на минуту посмотреть на ситуацию глазами ученика. Этот ребёнок, которого сегодня заставляют заучивать километры информации «для галочки», завтра станет взрослым человеком. Возможно, чиновником, руководителем, тем самым человеком, который будет писать новые стандарты, программы и инструкции для школ. Не удивительно ли, что система воспроизводит сама себя? Главная ошибка многих педагогов — не в любви к знаниям. Знания нужны. Ошибка в другом: в убеждении, что ребёнку обязательно нужно загрузить весь огромный школьный багаж, не задумываясь, что из этого действительно пригодится именно ему. И когда обществу годами пытаются доказать ценность каждого килограмма ненужной информации, неудивительно, что эта работа перестаёт восприниматься как источник реальной пользы. Может быть, выход проще? Не превращать каждый предмет в борьбу за выживание. Не ломать детей и не выгорать самим. Если ребёнку ваш предмет объективно мешает сосредоточиться на тех знаниях, которые нужны ему для будущего, — поставьте законную тройку и дайте ему возможность развиваться дальше. Иногда настоящая педагогика — это не заставить выучить всё. А понять, что именно действительно стоит учить.
«Мы согласились со своим бесправием». Учительница – о том, почему ее коллеги терпят унижения





