Совсем не «Щегол». Почему не удалась экранизация лучшего романа воспитания XXI века

Совсем не «Щегол». Почему не удалась экранизация лучшего романа воспитания XXI века

7 848
3

Совсем не «Щегол». Почему не удалась экранизация лучшего романа воспитания XXI века

7 848
3

В середине сентября в прокат вышел один из самых ожидаемых фильмов этого года — экранизация романа Донны Тартт «Щегол». В 2013 году, сразу после публикации, он стал бестселлером, полюбился критикам, а затем получил одну из самых престижных литературных наград — Пулитцеровскую премию. «Мел» разбирается с тем, что не так с киноверсией одного из главных литературных хитов XXI века.

Уже в 2013 году было ясно, что экранизация — лишь вопрос времени: в Голливуде такие хиты не упускают. Компании Warner и RatPac оказались проворнее конкурентов, предложив писательнице баснословные три миллиона долларов в обмен на исключительные права. После чего сценарист Питер Строхан («Снеговик», «Шпион, выйди вон!») вместе с режиссёром Джоном Краули («Бруклин») взялись за перевод 800-страничного романа с литературного языка на кинематографический.

Апрельским днём юный Тео Деккер (Оакс Фегли) отправляется в Метрополитен-музей на выставку голландской живописи. Он оказывается одновременно свидетелем и жертвой теракта, в котором погибает его мама. Тео получает от смертельно раненного незнакомца кольцо и картину «Щегол» Карела Фабрициуса. Первый предмет приведёт героя в антикварный магазинчик и подарит знакомство с Пиппой (Айми Лоуренс, позже — Эшли Каммингс), также пострадавшей при взрыве, и Хоби (Джеффри Райт), компаньоном погибшего. Второй будет тайно храниться, служа неистребимым воспоминанием о чудовищной травме, полученной в детстве, но и став спасением.

Сначала Тео попытается ослабить боль с помощью почти приёмных родителей (Николь Кидман и Бойд Гейнс) — утонченной четы Барбур, которые живут с четырьмя детьми в Верхнем Ист-Сайде, одном из самых престижных районов Нью-Йорка. Но внезапно в их изысканной квартире возникнет родной отец мальчика (Люк Уилсон) — алкоголик, прожектёр и совершенный неудачник. Он увезет сына на задворки Вегаса, где из жителей лишь они, отцова подружка, вульгарная и разбитная Ксандра (Сара Полсон) да кудрявый пёсик. В местной школе Тео познакомится с Борисом (Финн Вулфард), от которого получит кличку Поттер, крепко подружится, расстанется и вновь случайно столкнётся спустя десятилетие.

Но всегда и везде с ним будет его тихая и страшная тайна — шедевр голландского живописца, надёжно укрытый под несколькими слоями бумаги

Всех злоключений, приключений и перипетий, в которые попадает главный герой, хватило бы на отдельный мини-сериал. А то и на два. «Щегол», вобравший в себя роман воспитания, а еще плутовской и авантюрный романы, интеллектуальный триллер и семейную сагу, мог рассчитывать на большее, чем два с половиной часа экранного времени. Однако уорнеровские боссы предпочли не разбрасываться бюджетами и выбрали кинотеатральный формат.

В этом случае без жертв, причём существенных, обойтись не могло. Чтобы уложить многостраничное произведение в имеющийся хронометраж, Строхану и Краули пришлось немилосердно поступить со всеми героями, включая Тео. Для начала они отказались от последовательного повествования, такого привычного для викторианского романа, которому наследует Тартт, перемешав эпизоды настоящего времени с короткими флэшбеками.

Выбранный приём, увы, не сработал: значимость первого трагического события — взрыв в музее, перевернувший не только жизнь и судьбу Тео — улетучивается, оказываясь в одном ряду с событиями последующими. Действие прыгает туда-сюда, не давая толком вникнуть в происходящее: только что герой жил в роскошной нью-йоркской квартире, и вот он уже напряжённо всматривается в темную пустую улицу отдалённого пригорода Лас-Вегаса.

Маленькие Барбуры и Барбуры повзрослевшие, Пиппа, Хоби, мама, юный Борис и Борис старше на 10 лет, отец и его подружка Ксандра, мелкие безымянные негодяи, воротила антикварного мира, голландская мафия проносятся по экрану, не задерживаясь на нём надолго. Подросший Тео (на удивление блёклый Энсел Элгорт) становится знаменитостью в закрытом антикварном сообществе, щеголяет в ладно сшитых костюмах, а затем прячется в гараже, где глушит сильными наркотиками по-прежнему нестихающую боль.

Оаксу Фегли («Мир, полный чудес») и Энселу Элгорту («Дивергент», «Малыш на драйве») досталась, что называется, роль мечты — сложносочиненный герой, проходящий сквозь длительный и жестокий обряд инициации и в финале обретающий необходимое знание. Однако оба обходятся с выпавшей на их долю удачей невразумительно: бесстрастные лица временами озаряются слабой улыбкой, которую снова сменяет poker face.

Артисты не спешат расходовать эмоции, пользуясь монотонной и скучной палитрой красок. Обаятельному и очевидно благополучному Элгорту к тому же не хватает мастерства, да и просто жизненного опыта, чтобы показать внутренний раздрай взрослого Теодора.

Испытания (гибель матери, позже — друга детства, утрата родного дома, предательство другого друга, измена возлюбленной), через которые писательница проводит своего протагониста, а с ним и читателей, никак не отражаются на экранном герое. Каким его видели в прологе, таким же застаём и в эпилоге.

На протяжении всей истории судьба сталкивает ребёнка, а затем молодого мужчину, со множеством людей: одни входят в его жизнь надолго, другие лишь на короткий срок. Даже мимолётное знакомство способно что-то перевернуть в отдельно взятом человеке. Но светлый и как будто бы мученический лик «мальчика, который выжил» остаётся незамутнённым.

Любовь Тео к Пиппе и любовь к Китси в романе окрашены по-разному. Глядя на игру восходящей голливудской звезды Энсела Элгорта, трудно понять, испытывает ли он к девушкам хоть какие-то чувства, кроме бесспорной симпатии. Стадии мучительного взросления авторами даются иллюстративно, впроброс: слишком уж много требуется ещё утрамбовать в отведённое время, тут уж не до психологических нюансов.

На фоне Финна Вулфхарда («Оно», «Очень странные дела») и Анайрина Барнарда («Дюнкерк»), сыгравших Бориса в детском и взрослом возрасте соответственно, несостоятельность Фегли и Элгорта ещё очевиднее. Оба артиста выдают необходимый градус безумия, а в итоге «крадут роль» у партнёров.

В начале фильма Хоби объясняет 13-летнему Теодору, что такое подменыши и как отличить подлинное от фальшивки. Там, где Тартт говорит о силе и умении искусства менять людей, о том, что иногда, соприкоснувшись с ним, человек больше не желает возвращаться к прежней жизни, Краули и Строхан сводят всё к погоне за утраченным шедевром.

«Щегол» становится всего лишь объектом обмена-продажи, и весь сюжет сводится к неинтересной перестрелке, упрощая и уплощая содержание. В результате режиссёр и сценарист напоминают людей, лихорадочно листающих страницы старинной рукописи в поисках некой важной информации. Они смутно припоминают, что же им нужно, но не способны это чётко артикулировать.

Чтобы сообщить об ошибке, выделите текст и нажмите Ctrl+Enter
К комментариям(3)
Подписаться
Комментарии(3)
Возможно, ещё и потому, что это отнюдь не лучший роман воспитания XXI века. Ах, этот стиль тенденциозных заголовков. Да и роман, сам по себе, дико нудный. Но это уже о вкусах.
Не знаю, как по мне, и роман и экранизация удались) Щегол - это было лучшим,что я видела в кино за последние года наверное три... Но тут действительно наверное дело вкуса? Я же в восторге)
абсолютно с вами согласна. дело вкуса. ощущение, что всем охота на волне негатива, начатого Долиным, хайпануть, обплевав экранизацию аля я ещё вот так могу!" читала все романы Тартт. искренне считаю, что экранизация хорошая. разумеется, книга лучше и экранизировать подобный роман идеально тупо невозможно, но такой к...
Показать полностью
Больше статей