Психологический портрет аутичного ребёнка

Психологический портрет аутичного ребёнка

Время чтения: 5 мин

Психологический портрет аутичного ребёнка

Время чтения: 5 мин

По данным ВОЗ, 1 из 68 детей страдает расстройством аутистистического спектра (РАС). К сожалению, о таких детях говорят мало, и не каждый взрослый знает, что такое расстройство аутистического спектра и как общаться с людьми, у которых оно диагностировано. Наш блогер Стелла Егисман рассказала, какие особенности есть у детей с РАС.

Основная проблема состоит в том, что для ребёнка с расстройством аутистического спектра окружающий мир был, есть и остаётся некомфортным и пугающим с первых минут его появления на свет и до конца жизни. Отсюда восприятие действительности всеми органами чувств и её осмысление происходит особенным образом. Жизненные впечатления местами смешиваются в фантасмогорическую картину, когда звук идёт в виде цвета, а тактильный контакт воспринимается как звук.

Аутист порой с трудом разбирается в собственных ощущениях, что рождает проблемы с туалетом, плохо воспринимает границы своего тела. Слуховое восприятие тоже искажено. Временами неясно, как ребёнок отреагирует на тот или иной звук. Часто он не откликается на собственное имя, и родителям кажется, что ребёнок глухой. Ещё в младенческом возрасте они замечают, что ребёнок часто не идёт на прямой зрительный контакт. Попадая в незнакомую обстановку, ребёнок совершенно теряется и может вести себя как слепой. Аутист не способен быстро переключать внимание от одного источника получения информации к другому. Либо только слушать, либо только смотреть.

Страх неизвестности — главная эмоция, которая будет сопровождать аутиста всю жизнь. Создание защитного панциря вокруг себя — вот на что направлены его основные усилия. Уже с раннего возраста ребёнок старается отгородиться от внешнего окружения, не любит прикосновений, скупо выражает радость при виде матери. Понимание обращенной к нему речи доставляет аутисту немало трудностей, но ещё сложнее ему воспринимать мысли людей, говорящих между собой.

На всем протяжении жизни он останется человеком со скудной палитрой эмоций. Его раздражает малейшее внесение поправок в распорядок и уклад собственного существования. Близкие, стоит им немного изменить внешний облик, могут стать неузнаваемыми и пугающими ребёнка. Стереотипии, как набор повторяющихся действий, присутствуют во всех видах деятельности и взаимодействии с окружением. Питание ребёнка предельно однообразно и может зависеть не от чувства голода, а от внешней обстановки. Большое значение для аутиста имеет внешний вид и структура пищи.

Пытаясь максимально облегчить свою жизнь, ребёнок стремится «разложить все по полочкам», каждую вещь держать строго на своём месте, каждый отрезок действия скурпулезно очертить, создав из него ритуал, эхолалично повторяет услышанное, чтоб убедиться, что он всё понял правильно. Восприятие действительности разбито на калейдоскоп деталей, которые ребёнок-аутист делает главным маяком в познании мира.

Аутист не способен учиться сам в процессе подражания, бессознательно, инстинктивно ухватывать основные составляющие жизненного существования. Его надо учить всему: даже жестам и эмоциям. Расширение словарного запаса не происходит, как у здоровых детей, спонтанно, в процессе общения, а должно делаться «принудительно». Развернутая мыслительная деятельность, обобщения, формулировка выводов — всё это недоступно аутисту.

В литературе дети с РАС именуются «гиперреалистами». У них нет игровой деятельности, как у здоровых детей, с элементами фантазии и творчества. Аутичному ребёнку непонятно, как коробка из-под обуви может быть одновременно гаражом для машины, а кукла способна говорить. Если такой ребёнок «играет», то это, как правило, представляет собой механический набор однообразных повторяющихся действий. Подарки, сюрпризы, столь любимые всеми детьми, вызывают у аутиста панику своей непредсказуемостью. Лучше его заранее к этому подготовить.

Для аутиста характерно «гиперселективное» мышление в картинках, тогда как обычно мы думаем в виде комбинации слов и обобщений, идя от общего к частному. У аутиста всё происходит наоборот. «Я перевожу говоримые и написанные слова в цветное кино, дополненное звуком, которое проигрывается в моей голове подобно видео», — пишет о себе женщина-аутистка Т. Грэндин (T.Grandin. «Thinking in pictures». My life with autism. New York, 2006). В ответ на любое высказывание в голове мгновенно возникает зрительный образ конкретного объекта с набором определённых деталей, причём на первое место ставится деталь зачастую не самая принципиальная в данной ситуации. Так при упоминании кошки появляется образ знакомого животного, при произнесении слова «лампа» встаёт изображение лампы в спальне. Подобная ассоциативность может рождать немало трудностей, когда слова «запускают» неправильную картинку. Так наречие «быстро» напоминает Макдональдс, собака — выход на прогулку. Множество слов вообще не может быть увязано ни с какой картинкой: он, являться, кто, что и так далее.

Дети-аутисты легко группируют предметы на базе видимого сходства по цвету, форме и так далее, но испытывают сложности с распределением вещей по абстрактным признакам: мебель, овощи, фрукты, животные, птицы. Они не могут обобщать как здоровые дети. Пытаясь выделить эти группы понятий, они всё равно ищут в них опору на конкретные моменты. Т.Грэндин, будучи ребёнком, сортировала кошек и собак сначала по размерам, потом по звукам. Показателен пример маленького Томаса, о котором пишет его мать Хильда де Клерк, работник Образовательного центра по Аутизму в Антверпене, в брошюре «Мама, это человек или животное?». Ребенок задал этот вопрос матери, увидев женщину с пышной причёской, напомнившей ему голову льва.

Также аутисту сложно группировать предметы по назначению и функциям. Ему непонятно, что любые чашки имеют одинаковый способ употребления: чтоб из них пить. Аутичный ребёнок полагает, что чашки не могут быть объединены в одну группу, потому что имеют разный цвет или форму в качестве деталей восприятия. Подобное преувеличенное внимание к деталям рождает страх и негативную реакцию, если обнаруживается, что какой-то детали или предмета нет на своём месте. Понятие порядка подразумевает собой строго определённое местоположение вещей: красная машинка только на верхней полке слева и никак иначе. Машинка воспринимается как одна из деталей мира.

Аутисты кажутся жутко медлительными, и это тоже имеет объяснение в особенностях их постижения действительности

Они вынуждены каждый раз вновь механистически собирать калейдоскоп деталей, чтоб понять то или иное явление. Каждый момент они борются с хаотичностью и «абсурдностью» этого мира, используя для этого все имеющиеся средства. Это ритуалы, стереотипии, эхолалии — всё, что может помочь хоть как-то упорядочить жизнь.

Аутичный ребёнок по своей природе идеально послушен. Ему легче подчиниться, чем взять на себя ответственность и проявить инициативу. «Лучшая стратегия, чтобы избежать проблем поведения — это их предварять», — отмечает Хильда де Клерк. Причины так называемого «плохого» поведения часто носят физиологический характер. Это плохое самочувствие: запор, зубная боль, боль в ухе и так далее. Важно постоянно отслеживать состояние здоровья ребёнка.

Страх новой обстановки может вызвать истерики и тяжёлые приступы агрессии. Чтобы это преодолеть, целесообразно дать аутисту в руки предмет, связанный с ожидаемым событием: продуктовую сумку перед походом в магазин, ключи от машины перед поездкой и так далее. Приступ паники может быть также вызван нетипичными звуками, ярким светом, резким запахом. Если указанные выше причины не наблюдаются, ребёнок с помощью неадекватного поведения пытается общаться, привлекает внимание к себе, избегает нежелательной ситуации.

Аутисты (дети и взрослые) — чёткие исполнители. Они неукоснительно следуют инструкциям, командам. Если они способны работать, то скурпулезно выполняют приказы начальства. Правила абсолютизируются. Аутисту непонятно, почему в некоторых ситуациях они не срабатывают. Комплексные задачи, типа вождения автомобиля, для них непосильны. Некоторые аутисты отличаются феноменальной памятью, демонстрируют способности в математике, но, как правило, это носит узко направленный характер и с трудом может быть использовано в решении проблем в рабочем коллективе.

В литературе поднимается вопрос о месте в обществе людей с синдромом Аспергера. Часто бывает сложно отделить странности поведения психически здоровых гениальных людей от аспергеровского синдрома. Выдающиеся представители творческих профессий, как правило, гиперэмоциональны и подвержены перепадам настроения. Гениальность в науке рассматривается как крайняя форма нормы.

Главной трудностью взрослых аутистов с сохранным интеллектом остаётся проблема социализации

Они органично не могут вписаться в современное общество с его внешними условностями, в полной мере усвоить язык общения людей в широком смысле этого слова. Аутистам непонятно, что в общественной жизни важную роль играет внешний облик и манеры человека, коммуникативные способности. Отмечается, что им легче общаться в блогах в интернете, чем непосредственно с людьми. Проблемы общения являются препятствием к тому, чтобы построить близкие отношения, завести семью.

На Западе существуют специальные университетские программы поддержки людей с синдромом Аспергера. Наибольшего успеха они добиваются в программировании. Аутисты демонстрируют и способности в искусстве. Также они могут под руководством наставника выполнять несложную техническую работу типа ремонта. При приёме на работу такие люди, как правило, не могут раскрыться на собеседовании. Им лучше оформлять портфолио.

В заключение, хочется привести слова аутиста об ощущении себя в окружающем мире, приведенные в брошюре «Мама, это человек или животное?»: «Страдать аутизмом — не значит не быть человеком. Это значит, быть странным. Это значит, что то, что нормально для других, не нормально для меня, а то, что нормально для меня, ненормально для других. В некоторых отношениях, я очень плохо подготовлен, чтобы выжить в этом мире, как если бы я был инопланетянин, приземлившийся без учебника. Но моя личность не тронута. В глубине себя я чистый. Я чувствую большое значение и ценность моей жизни, и у меня нет никакого желания быть вылеченным. Признайте, что мы отличаемся друг от друга, будучи равными, что мой способ существования — это не только искаженная версия вашего. Давайте вместе работать, чтобы мы смогли построить между нами мосты».

Вы находитесь в разделе «Блоги». Мнение автора может не совпадать с позицией редакции.

Чтобы сообщить об ошибке, выделите текст и нажмите Ctrl+Enter
К комментариям
Подписаться
По желанию автора комментарии к этому посту были отключены или скрыты
Больше статей