Написать в блог
Что мешает экспорту российского образования.

Что мешает экспорту российского образования.

Время чтения: 3 мин

Что мешает экспорту российского образования.

Время чтения: 3 мин

Президент России своим майским указом закрепил стратегическую важность развития экспорта российского образования. Правительственный проект «Экспорт образования» нацелен на увеличение численности иностранных граждан в российских вузах до 710 000 человек (более, чем в 3 раза). Количество иностранных студентов — один из основных показателей эффективности вузов.

Казалось бы, все понимают, что необходимо повышать имидж российского образования, чтобы оно стало востребованным, престижным, что нужно совершенствовать условия пребывания иностранных студентов в стране, делать их более и комфортными, и безопасными. Все понимают, но не все хотят.

В действительности же происходит следующее. Так, государственный служащий, отвечающий за финансирование одного из образовательных проектов, может прямым текстом сказать сотруднику вузу: «Ну пусть и не едут граждане Белоруссии в Россию учиться. Не хотят — не надо. Нам хуже не будет». Конечно — они и не будут хотеть, видя к себе такое отношение, а поедут в западные вузы, где для их учебы создаются абсолютно все условия. А как итог, выпускаясь из такого вуза, получаются не лояльные к России белорусы, а прошедшие через западный информационный фильтр русофобы. И через несколько лет этот госслужащий или его дети будут негодовать: почему это вдруг Белоруссия недружественные шаги предпринимает по отношению к России. Да потому, что чиновник, который занимает вот такую вот не вполне адекватную позицию, в свое время закончил те же «Международные отношения» не в российском, а западном вузе.

Приведу еще несколько примеров из моей личной практики работы в региональном вузе.

Однажды, при внеплановой проверке УФМС выяснилось, что в миграционной карте студента подчеркнута цель въезда «туризм», вместо «учеба». При этом карта была заполнена сотрудником пограничной службы с помощью компьютера при въезде в страну и студента поставили с этой картой на миграционный учет по месту пребывания. Вместо того, чтобы обратить внимание студента на эту проблему и посоветовать, как ее решить (а вариантов ее решения без административных последствий существует как минимум два), УФМС спустя несколько дней внепланово прибывает с проверкой только лишь одной с целью поймать и наказать «злостного и опасного нарушителя».

Другой случай. Сотрудники полиции останавливают на улице студента из Экваториальной Гвинеи, проводят досмотр с нарушением всех процессуальных норм, находят у него телефон, идентификационный номер IMEI которого якобы соответствовал номеру украденного сотового телефона где-то в белгородской области года два назад. Наверное сотрудники полиции действительно, не должны обращать внимание на то, что данный студент в России ранее никогда не был, что он понятия не имеет что такое Белгород и где этот город вообще находится, что телефон студент купил за тысячи километров на другом континенте, а должны с пристрастием выяснить не краденный ли это телефон. Студента, который находится на тот момент в России меньше месяца и еще не успел выучить русский язык, доставляют в участок, не предоставляют ему переводчика, не допускают сотрудников вуза, держат его в отделении до двух часов ночи и т. д. Думаю, что не стоит описывать состояние студента, оказавшегося в участке один на один с операми, абсолютно ни слова не понимающего по-русски. В итоге телефон у студента изъимают и сотрудникам полиции при этом совершенно безразлично, что этот телефон является единственным средством связи с родителями, которые за тысячи километров находятся на другом континенте и переживают за ребенка. В итоге, как и следовало ожидать по факту оказывается, что данный телефон не имеет ничего общего с краденным. После неоднократных обращений администрации вуза в полицию телефон студенту все же возвращают в контексте: «Вот видите, какие мы благородные полицейские, а ведь могли бы и вообще не возвращать…»

Безусловно, под предлогом обучения, в Россию хотят приехать желающие незаконно подзаработать, перебраться нелегально в Европу и т. д. Единственный способ избежать этого — закрыть страну. Но современное государство не может быть закрытым. Даже Северная Корея это понимает и набирает иностранных студентов в вузы Пхеньяна. Ведь от этого выигрывают в конечном итоге жители принимающей страны, поскольку развитие экспорта образования невозможно без совершенствования качества национальной системы обучения на всех уровнях.

Иностранцы будут хотеть ехать в Россию, когда будет видеть и знать, что им действительно рады не только ректора вузов, но и общество в целом, так как были рады болельщикам во время Чемпионата мира по футболу.

Для этого всего лишь нужно, чтобы чиновники, которые принимают решение по финансированию образовательных проектов, давали финансовую оценку проекту, а не высказывали свое субъективное мнение по поводу его стратегической важности. Чтобы полицейские вникали в ситуацию и не нарушали права иностранцев, выполняя свои обязанности. Чтобы при сдаче экзаменов не имела места коррупция, потому что нужно «держать марку» перед представителями других государств.

И если не начать менять ситуацию в действительности, конкретно каждому на своем месте — чиновнику, полицейскому, преподавателю, гражданскому обществу в целом, какие бы важные и нужные проекты в данной сфере не задумывались правительством, президентом все они так и останутся нереализованными.

фото: rudn.ru

Чтобы сообщить об ошибке, выделите текст и нажмите Ctrl+Enter
К комментариям
Комментариев пока нет
Больше статей